— Мне в бордель бы, — ответил Олег, — я слышал, у вас тут где-то в центре есть целая улица с этими заведениями. Я от неожиданной просьбы чуть не въехал в закрытые ворота…

Из серии про шестого ангела…

Танюша приехала из Москвы вместе с сыном Олегом на десять дней, чтобы выбрать подходящий институт для дальнейшего обучения.

Танюше было около сорока. Низенькая, темноволосая, чуть пухленькая. Тихий голос, скромная, но не дешёвая одежда.

Олег был полной противоположностью матери. Высокий, худощавый, светлые волосы и громкий бас. И он называл почему-то свою маму Танюшей.

  • И на кого собираетесь учиться? — спросил я Олега в лифте, который вёз нас на 13 этаж.
  • На кинематографиста, — ответил тот.
  • Мы сейчас на курсы устроимся, — пояснила Танюша, — год надо чешскому языку поучиться, а потом уже и в FAMU поступать.
  • Ого, — я уважительно посмотрел на своих гостей, пропуская их в квартиру, — серьёзная заявка в серьёзное учреждение.

FAMU была очень известной киношколой мирового уровня. И сдать в неё экзамены было очень и очень трудно.
Я показал гостям квартиру. Объяснил, где что лежит и как работает.
Олег сразу же нырнул в ванную комнату. Смыть дорожную пыль, как он сам выразился.

  • Я на диванчике лягу, — заявила Танюша, — а Олежек на кровати. У него спина больная. Ему хороший матрас нужен.
  • Матрас на кровати хороший, — заверил я её, — не переживайте. А что у него со спиной? Вроде молод он для ревматизмов.
  • 26 лет ему, — вздохнула Танюша, — а спина — это автомобильная авария. Он же гоняет, как сумасшедший. Я ему «БМВ» подарила на совершеннолетие. Он месяц проездил и разбил её. Хорошо, сам живой остался. Но в больнице в гипсе два месяца пролежал.
  • Ужасно, — посочувствовал я матери, — он сейчас кем работает?
  • Олежек учится, учился, — поправилась Танюша, — в институте управленцев. Два года проучился, да что-то не пошло у него. Уставал сильно.
  • Вы про тот институт, что в Лозанне? — спросил я осторожно.
  • Нет, это я про тот, что в Подольске, — простодушно ответила Танюша, — ездить далеко. У Олежика три раза айфон в электричке крали. Он такой доверчивый.
  • Ну да, — пробурчал я себе под нос, — Прага-то поближе Подольска будет.
  • Что, простите? — не расслышала меня Танюша.
  • Это я о своём, — соврал я, — об айфонах. Дорогие они очень. Поеду я, пожалуй.

В это время в комнате появился Олег.
Он умылся. Сменил штаны на джинсы, майку на рубашку.

  • До центра тут далеко? — спросил он меня. — Может, подбросите?
  • Подброшу, — согласился я, — хотя до центра тут десять минут на трамвае. Девятый номер. Остановка возле резиденции.
  • Танюша, дай денег на кофе и бутерброды, — попросил Олег мать, — а то у меня даже на трамвай нет.

Танюша почему-то покраснела. Засуетилась. Принялась копаться в сумочке.
Вытащила стоевровую бумажку. Протянула сыну.

  • Мало, сказал он, — мы же в Европе, тут всё дорого.

Танюша вздохнула. Покопалась в сумочке. Вытащила ещё одну бумажку. Я хотел было сказать что-то этим двоим, матери и сыну. Но сдержался. Не моё это дело. У меня задание — понаблюдать и дать заключение. Мы спустились с Олегом в гараж. Сели в машину.

  • Центр у нас большой, — сказал я, — тебе куда-то конкретно надо?
  • Мне в бордель бы, — ответил Олег, — я слышал, у вас тут где-то в центре есть целая улица с этими заведениями.

Я от неожиданной просьбы чуть не въехал в закрытые ворота. Остановился. Достал брелок. Нажал на кнопку. Ворота открылись и мы выехали из подземного гаража.

  • Есть такая улица, — наконец-то ответил я, — рядом с Вацлавской площадью. А просто с девчонкой познакомиться не пробовал?
  • Они все дуры, — ответил Олег, — и мнят из себя королев. Хотя обычное быдло.
  • Прям все-все-все дуры? — поинтересовался я. — И ни одной нормальной?
  • Я пока не встречал, — ответил Олег, — не попадались нормальные.
  • А деньги на продажную любовь у тебя откуда? — продолжил спрашивать я. — У мамы взял? Кстати, ты маму тоже дурой считаешь?
  • А это не ваше дело, — зло ответил Олег, — ваше дело баранку крутить, а не нотации мне читать.

Я усмехнулся. Включил правый поворотник. Припарковался.

  • Что? — спросил Олег. — Приехали?
  • Приехал, — ответил я. — Железнодорожный вокзал. После реставрации изумительно выглядит. Рекомендую полюбоваться, пока граффити его не изуродовали. А потом вдоль улицы мимо Оперного театра к Музею. Также рекомендую зайти и посмотреть. От Музея вниз два квартала — и твоя любимая улица. Ве Смечках называется.
  • А ближе нельзя подъехать? — спросил Олег.
  • Нельзя, — сказал я, — мне прямо надо. А тебе пройтись не помешает. Заодно город посмотришь.

Олег скривился. Отстегнул ремень, открыл дверь машины. Вышел. Громко хлопнул дверцей.

  • Пожалуйста, — сказал я пустому сиденью.

Включил левый поворотник. И через секунду влился в поток медленно едущих машин.
Пошло три дня. Я собирался провести вечер дома у телевизора вместе с женой. Но вечерний телефонный звонок от Танюши прервал мои планы.

  • Я дверь захлопнула в квартиру, — сообщила она мне, — что делать?
  • Ключ в двери? — уточнил я.
  • Да, в двери, — всхлипнула Танюша, — я мусор выбросить вышла. И забыла ключ. А он в двери. А дверь захлопнулась.
  • Без паники, — строго сказал я, — выносите мусор и идите на рецепцию. Они вам дадут воды или чай попить. А я за это время позвоню специалисту по замкам, и он откроет нам дверь.
  • А это дорого у вас, наверное? — опасливо спросила Танюша.
  • Страховая компания покроет все затраты, — успокоил я её, мне надо просто будет к вам подъехать, так как я владелец квартиры. Ждите меня.

И я повесил трубку. Затем я позвонил на рецепцию. Попросил присмотреть за гостьей. Следующий звонок был в страховую. Объяснил, в чём дело. Продиктовал адрес и номер страховки. Затем поцеловал Леночку. Сел в машину и поехал выручать жильцов. Танюша ждала меня на рецепции. В синем спортивном костюме. Я подошёл, присел рядом.

  • Через двадцать минут приедет медвежатник и пустит вас в квартиру, — сказал я, — а наследник ваш где?
  • Наследник каких-то друзей тут нашёл, — вздохнула Танюша, — по клубам ходят. Развлекаются.
  • Так вроде у наследника другая цель посещения нашего замечательного города, — в тон ей сказал я, — на курсы устроиться и грызть гранит науки.
  • На курсы мы устроились, — опять вздохнула Танюша, — сейчас надо будет квартиру подыскать. В общежитие мне его не хочется отпускать. Вы поможете?
  • Конечно, помогу, — сказал я и, помолчав, спросил, — а у наследника в школе какие оценки по иностранному языку были?
  • Тройки, — ответила Танюша, — французский язык он изучал.
    Помолчали.
  • А папа у наследника где? — спросил я осторожно.
  • Умер, — просто ответила Танюша, — занимал большой пост. Но любил выпить. А потом и наркотики. От них и умер.
  • Извините, — сказал я.
  • Да ничего, — ответила Танюша, — это давно было.
    Опять помолчали.
  • Вот наследник, неспособный к языкам, целый год будет тут учить чешский, — опять начал я, — и через год попробует поступить в FAMU. Куда он, естественно, не поступит. Зачем вся эта возня?
  • Почему вы думаете, что он не поступит? — сердито спросила меня Танюша. — Олежек способный.
  • А у меня такая особенность организма, — ответил я, — людей насквозь видеть. И вашего наследника я вижу. Ни Тарковский, ни Звягинцев из него не выйдут. Будет он дурака валять в Праге да ваши денежки прожигать.
  • А что тогда делать? — спросила Танюша. — Ему же надо учиться.
  • А почему обязательно учиться? — удивился я. — Пусть работать идёт.
  • Да кто же его без образования на работу возьмёт? — в свою очередь удивилась Танюша.
  • В Макдональдс без образования берут, — ляпнул я, — или в такси.

Танюша попыталась мне возразить, но не успела. Пришёл специалист по замкам. Мы поднялись на 13 этаж. Специалист прикрыл дверь своей широкой спиной. Чем-то щёлкнул. И дверь открылась. Мы все зашли в квартиру. Я подписал формуляр. Поблагодарил специалиста. Тот молча кивнул и ушёл.

  • Может, чайку? — спросила Танюша.
  • Давайте, — кивнул я, — отпразднуем возвращение в квартиру.

Танюша вскипятила воду в чайнике. Заварила свежую заварку. Разлила дымящийся напиток в две белые кружки.

  • Вы меня извините, что встреваю в ваши отношения с наследником, — осторожно начал я, — но они неправильные.
  • И в чём же неправильность? — спросила Танюша. — В том, что мать любит своего сына и делает всё, чтобы он был счастлив?
  • И что вы сделали для его счастья? — вопросом на вопрос ответил я.
  • Я его воспитала, — начала перечислять Танюша, — родители, конечно же, помогли. Я его одела и обула. Квартиру купила. Не в Москве, правда, но рядом. В Люберцах. Черёмушкинская улица.
  • Квартира на кого записана? — быстро спросил я.
  • На меня, — моргнув, ответила Танюша.
  • Вот тут вы молодец, — похвалил я её, — а в остальном вы только портите парня. Он у вас растёт избалованным и эгоистичным человеком, который очень о себе высокого мнения, хотя из себя ничего особенного не представляет.
  • Он ещё не определился в жизни, — попробовала возразить Танюша.
  • Он здоровый мужик двадцати шести лет, — перебил я её, — наглый и ленивый. И определяться в жизни за ваш счёт он будет до самой старости.
  • Да вижу я всё это, — вдруг всхлипнула Танюша, — он совсем невыносим бывает. Отца своего напоминает иногда. Что мне делать, сама не знаю. Он же мой единственный ребёнок.
  • Что делать? — переспросил я. — Всё очень просто. Оторвите ого от сиськи. Он уже взрослый.
  • В каком смысле оторвать? — Танюша руками крест накрест прикрыла грудь.
  • Я имел в виду — перестаньте его содержать, — смутился я, — перестаньте давать ему деньги.
  • А что же он тогда кушать будет? — удивилась Танюша.
  • Что заработает, — ответил я.
  • Так пока он на работу устроится, ему что-то надо будет кушать, — привела новый аргумент Танюша.
  • Голодным посидит, ничего с ним не случится, — парировал я, — стройнее станет.
    Танюша вздохнула.
  • Повторяю, — терпеливо сказал я, — он не маленький мальчик. Он взрослый мужчина. Который должен сам себя обеспечивать и жить самостоятельно. А вам бы своей личной жизнью заняться. Вы ещё очень даже привлекательная женщина. Заботьтесь лучше о мужчине своего возраста, а не о переростке-сыне.
  • Да кому я нужна, — махнула рукой Танюша.
    Но глазки при этом у неё загорелись.
  • Нужна-нужна, — улыбнулся я, — вы очень заботливая и мягкая. А это в наше время редкость.
  • Я вам нравлюсь? — кокетливо спросила Танюша.
  • Мне жена нравится моя, — опять улыбнулся я, — а вам надо вместо ненужной опеки над сыном о себе подумать. Вы сейчас в полном расцвете. Вам жить да жить. Для себя, а не для великовозрастного обалдуя. Вы своей опекой только портите его.
  • Вы так считаете? — задумчиво протянула Танюша.
  • Я в этом уверен, — сказал я, — спасибо за чай. Мне пора.
  • Но я же его люблю, — вдруг печально сказала Танюша, — он мой единственный сын.
  • Так и любите дальше, — в тон ей, так же тихо сказал я, — только не показывайте свою любовь так явно. И понимайте, что с помощью вашей любви он, ваш единственный сын, вами манипулирует и вас же использует. Нагло и цинично. Просто отдалитесь от него. Пусть немного побудет самостоятельным.
  • Постараюсь, — вздохнула Танюша.
  • И родителям своим скажите, чтобы не баловали внучка, — сказал я, — ведь наверняка подкидывают наследнику на конфеты.

Танюша кивнула. Я встал. Танюша проводила меня до порога. Уехали они через неделю. Ключи от квартиры оставили на столе. Как и договаривались. Вслед за ними в квартиру въехали немолодой уже мужчина с двумя дочками. Мужчину звали Марк. Дочерей Аня и Маша. Приехали они, как и Танюша с сыном, тоже из Москвы.

Марку было около 50 лет. Немного грузноватый, молчаливый. Маше лет 12. Непоседливая и суетливая блондинка. Аня была уже взрослой девушкой. С тёмными волосами и внимательным серьёзными глазами.

Я в ожидании гостей с утра расположился в квартире за ноутбуком. На 13 этаже было тихо. Шум с улицы сюда не долетал. Писалось легко и спокойно. Я решил написать несколько рассказов о моих подопечных. И начал с Виолетты.

Гости приехали на полтора часа позже условленного срока. Девчонки ввалились в квартиру, о чём-то споря.

  • Прагу посмотреть или на учёбу собрались? — спросил я после того, как показал, где что лежит и как работает.
  • Старшую в отельный институт отдаём, а младшая за компанию, развеяться, — ответил Марк.
  • Мне нравится гостиничный бизнес, — добавила Аня, — очень интересно. И люди постоянно новые. У вас же тоже получается, что мини-отель.
  • Да, можно так сказать, — кивнул я, — и можно сказать, что мы коллеги. Будущие.
  • Ой, а у нас такой же ноутбук, как у вас, — влезла в наш разговор Маша, — что вы тут пишите?

Я щёлкнул кнопкой, закрыв окно с началом рассказа.

  • Пишу о любопытной Варваре, которой нос оторвали, — пошутил я.
  • Я не Варвара, я Маша, — рассмеялась младшая.
  • А как у вас бронь происходит? — продолжила задавать вопросы Аня.
  • В основном через букинг, — я присел за стол и оживил свой ноут, — садись, покажу.
  • Они вам не мешают? — спросил Марк, на минуту появившийся в комнате.
  • Всё в порядке, — заверил я его, — у нас тут короткий ликбез по отельному бизнесу.
  • Я бы хотел с вами по поводу Праги поговорить попозже, если есть время, — сказал Марк, — можем пиво вместе попить.
  • Хорошо, — отозвался я, — но я за рулём, так что могу предложить на Флоре индийский ресторанчик. Там изумительный манговый шейк.
  • А пиво в этом ресторанчике есть? — спросил Марк.
  • Пиво в Чехии есть везде, — заверил я его, — даже в Макдональдсе.

И я принялся объяснять Ане, как резервируют бронь на мою квартиру, какие можно делать скидки и, наоборот, когда стоит поднимать цену на проживание.

Младшенькая Маша побегала по комнатам, побегала. А потом присела за наш стол. Достала листок бумаги и начала что-то писать в столбик.

  • Список продуктов составляет, — кивнула в её сторону Аня, — новое увлечение. Кулинария.
  • И часто она так увлекается? — тихо спросил я.
  • Каждый год что-то новое, — ответила Аня, — в прошлый раз были бальные танцы.
  • И как успехи? — спросил я.
  • Осанка стала нормальной, — усмехнулась Аня, — а то вечно ходила скрючившись.
  • Я всё слышу, — отозвалась Маша, и протягивая список вошедшему в комнату отцу — купи, пожалуйста.
  • Может, на отдыхе ресторанами ограничимся? — попробовал отказаться Марк.
  • Нет, — Маша была непоколебима, — вы с Анькой ночью есть захотите. Знаю я вас. А тут раз — и салатик в холодильнике. Да и завтрак лучше дома есть, а не в ресторан переться.

Марк со вздохом взял список. Мы вышли из дома. Пешком дошли до Флоры. Поднялись на 4 этаж. Марк заказал себе пиво. Я манговый напиток. Поговорили. Марка интересовала покупка квартиры в Праге. Он расспрашивал меня о процессе подбора и покупки, о необходимых документах и о рисках. Было видно, что к разговору он основательно подготовился.

Когда его любопытство было удовлетворено, мы заговорили о детях, незаметно перейдя на ты. Марк заказал ещё пива. Я ограничился чаем.

  • Толковые они у тебя, — похвалил я дочерей Марка, — а мамка куда делась? Ведь судя по разговорам, ты отец-одиночка.
  • Мамка у нас далеко теперь, — усмехнулся Марк, — в Америку подалась. На землю обетованную.
  • Что случилось? — заинтересовался я.
  • Вначале ничего особенного, — принялся рассказывать Марк, — но появилась привычка каждое воскресенье в церковь ходить. На службу. Ну ходит и ходит. Вроде ничего плохого. Но только потом ходить перестала. Сказала, что это неправильная вера. Что она теперь свидетель Иеговы.
  • Знаю таких, — отозвался я, — приходили ко мне пару раз. Книжки почитать предлагали. Я их электричеством пугал и матерными словами.
  • Вот и моя книжек начиталась, — кивнул головой Марк, — да так сильно, что с головой в это окунулась. Хотела и дочерей туда же окунуть, да я не дал. Повоевать пришлось.
  • Судя по всему, войну ты выиграл, — сказал я, — а девочки мать не вспоминают?
    Марк задумался.
  • Может, и вспоминают, — сказал он, помолчав, — только при мне не говорят. Ни слова. Будто и не было.
  • Как ты с ними двумя справляешься? — спросил я.
  • Родители мои помогают, — объяснил Марк, — да и девочки у меня самостоятельные. Младшая вот решила сменить школу себе. Нашла в другом районе физико-математическую. Подала туда документы. И поступила. Теперь каждый день 40 минут туда и 40 минут обратно будет добираться.
  • А если не справится? — спросил я.
    Марк довольно хмыкнул.
  • Я ей такой же вопрос задал, — сказал он, — а она ответила, что для неё это будет опыт. Пусть и отрицательный. Но она уверена, что всё равно у неё получится.
  • Молодец, — похвалил я Машу, — взрослый подход к жизни.

Марк допил своё пиво и пошёл покупать продукты по списку. А я поехал по своим делам.
Домой я приехал вечером. Леночка уже ждала меня с ужином. С фаршированным перцем и компотом из сухофруктов.

Только мы сели за стол, как раздался телефонный звонок.
На экране высветилось — Пятый.

  • Вот всегда он не вовремя звонит, — проворчала Леночка, — только за стол ужинать сядем, и начинается. Как будто в рабочее время нельзя все вопросы решить.
  • Это Пятый, у него с тактичностью всегда проблемы были, — сказал я и поставил телефон на громкую связь, — добрый вечер, коллега.
  • Привет, — отозвался Пятый, — я ненадолго. Спросить первое впечатление и вообще.
  • Здравствуйте, Пятый, — поздоровалась Леночка, — заходите к нам как-нибудь поужинать.
  • Обязательно зайду, когда буду в Праге, — после секундной заминки ответил Пятый, — извините, что отвлекаю.

С Леночкой почему-то все были только на вы. Хотя со мной на ты переходили буквально сразу после знакомства.

  • Первое впечатление хорошее, — сказал я, отодвинув тарелку, — умная, целеустремлённая. Очень самостоятельная. Даже чересчур. Не хватает материнского влияния. Но тут ничего не поделаешь.
  • Хорошо, — отозвался из телефона Пятый.
  • Ангелом представляться не рекомендую, — продолжил я, — судя по всему, обе сестры в настоящее время убеждённые атеисты.
  • Спасибо, — сказал Пятый, — учту.
  • А по Олегу мои рекомендации получили? — спросил я.
  • Не только получили, а сразу же ими воспользовались, — рассмеялся Пятый, — в

Шереметьево после паспортного контроля твоего Олега в армию забрали. Как злостного уклониста. Правда, мама его, Танюша, так своего сыночка защищала, что военкома покусала.

  • Как покусала? — в один голос спросили мы с Леночкой.
  • Зубами, — ответил Пятый, — два укуса руки. Правой. Ей за это штраф влепили.
  • Ничего себе, — сказал я, — а на вид милая и пушистая. Хорошо, хоть только штрафом отделалась.
  • Военком сказал, что претензий не имеет, — продолжал между тем вещать из моего телефона Пятый, — он полгода назад как развёлся. Мы теперь ставки ставим, будет он к Танюше подкатывать или нет. Примерно поровну голоса разделились. Ты как, Шестой, на кого ставишь?
  • Я вот Главному настучу про ваш тотализатор, — подала голос Леночка, — и нечем больше будет ставки принимать.
  • Виноват, — голос у Пятого вдруг стал сухим и деловитым, — это я пошутил. Больше не повторится, Елена Олеговна. Приятного вам вечера. Извините, что потревожил во внеурочное время.

И он отключился.
Я же стал доедать остывший фаршированный перец.

  • Жалко девочку, — вдруг сказала Леночка, — одна без мамы растёт.
  • У неё сестра есть и папа отличный, — жуя, ответил я, — и ещё бабушка с дедушкой.
  • Мать никто не заменит, — сказала Леночка, — никакие бабушки и дедушки.
  • А отца кто-нибудь заменит? — поинтересовался я.
  • И отца никто не заменит, — ответила Леночка, — неполная семья — это всегда плохо для ребёнка.
  • Этих неполных семей — треть от общего числа в России, — вздохнул я, — в Чехии дела получше, но тоже скоро догонят русских.
  • Ещё добавки? — спросила Леночка.
  • Нет, — ответил я, — спасибо. Всё вкусно. Даже остывшее. И в меня больше не влезет.

Я встал из-за стола. Покидал посуду в мойку. А затем уединился с ноутбуком, где ещё два часа описывал своё знакомство с Виолеттой. Спать мы легли поздно. Я поворочался, укладываясь поудобнее. Закрыл глаза и уснул. Дневная усталость дала о себе знать.
Мне снилось, что я иду на свидание к Референту М. На своё первое свидание с ней.
Проснулся я от шёпота. И от нежного потряхивания меня за плечо.

  • Ангел мой, — зашептала мне на ухо Леночка, — тебе не спится?
  • Спится, — ответил я, цепляясь за ускользающий сон, — сплю я. Крепко сплю.
  • Как же тебе спится, если ты со мной разговариваешь? — удивилась Леночка.
  • Это я во сне, — всё ещё не открывая глаза, прошептал я, — ты мне снишься, наше первое свидание.
  • Нет, ты не спишь, — не сдавалась Леночка.
  • Что случилось-то? — спросил я, окончательно очнувшись от дрёмы.
  • Ангел мой, — зашептала мне в ухо Леночка, — а давай ребёнка заведём.
    И замолчала, ожидая ответа.
  • Во-первых, — тоже почему-то шёпотом сказал я, — заводят собак или кошек. Детей рожают и растят. А во-вторых, родим мы одного ребёнка. И вырастет вот такой эгоист, как Олег.
    Леночка помолчала минуту.
  • Ну хорошо, — сказала она, — давай тогда я тебе двух детишек рожу. Ты как? Согласен?
  • Я подумаю, — сказал я, — но можно завтра подумаю? Я сейчас спать хочу.
  • Спи, моё счастье, — прошептала Леночка, — спокойной ночи.

Она поцеловала меня куда-то в область виска. Повернулась спиной. И через минуту уже спала, негромко посапывая. Леночка обладала феноменальной способностью засыпать практически мгновенно. Как будто слова «спокойной ночи» являлись для неё каким-то паролем для немедленного погружения в сон.

А я… а я до четырёх утра ворочался, вставал попить водички на кухне, считал верблюдов, лежал на спине и смотрел в потолок. И думал. Много думал. У меня есть дом. У меня есть любимая и любящая жена. У меня есть хорошая и интересная работа. Но чего-то в этой жизни нам всё-таки не хватает.

Может быть, права Леночка? Может быть, для нашей счастливой семьи не хватает детей? Я так и уснул, не ответив на этот вопрос. Уже под утро. На рассвете.

Вадим Фёдоров

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

— Мне в бордель бы, — ответил Олег, — я слышал, у вас тут где-то в центре есть целая улица с этими заведениями. Я от неожиданной просьбы чуть не въехал в закрытые ворота…